Виктимологическая профилактика преступлений без жертв
1. Понятие
«преступлений без жертв»
Понятие "преступление без жертв" не вполне
точно. Однако такой вывод носит вынужденный характер, ибо на самом деле
фактически такие потерпевшие есть и высочайшая общественная опасность, и
высочайшая латентность этих преступлений.
К так называемым преступлениям без жертв относятся
действия, совершаемые индивидами без нанесения прямого вреда другим, но
расцениваемые как незаконные (употребление наркотиков, различные виды азартных
игр, проституция). В сущности, игроки или наркоманы становятся жертвами
организованной преступности. Однако, поскольку вред, причиняемый индивиду, -
дело его собственных рук, многие считают, что правительство не должно
вмешиваться в подобного рода деятельность и что такие привычки надо перестать
оценивать как "криминальные".
По этим признакам Энтони Гиденс выделяет три типа
таких "преступлений": аборты, гомосексуализм и наркомания, есть
немало и других правонарушений, включая азартные игры и проституцию, а также
различные второстепенные виды сексуальных преступлений, которые можно отнести к
этой категории.
Пожалуй, главной и общей для всех этих форм поведения
чертой является то, что в каждом случае «преступление» связано (можно даже
сказать - «включает в себя») с полюбовной сделкой или обманом. Конечно, один из
аспектов «преступления без жертв» состоит в том, что здесь нет прямого и явного
(в обычном смысле слова) ущерба или вреда, наносимого одним человеком другому.
Действительно, на первый взгляд, в преступлениях без
жертв трудно найти потерпевшую сторону. В данном случае конкретное лицо само
решает для себя быть ему участником таких преступлений или нет. Однако ни у
кого не может вызывать сомнений криминальная опасность, например, незаконного
аборта или наркобизнеса. С учетом изложенного, можно сделать следующий вывод:
лица по тем иным причинам, участвовавшие в совершении преступлений без жертв
ставят в себя в опасность причинения вреда здоровью - физическому и
нравственному и могут рассматриваться как потерпевшие. Подобные жертвы, как
правило, завлекают других лиц к потреблению продукции (товаров, услуг),
реализация которых связана с совершением преступлений без жертв. Субъекты
преступлений без жертв, причиняя вред общесоциальным ценностям как охраняемому
уголовным законом благу, одновременно причиняют вред и себе, травмируя свое
психическое здоровье. В «преступлениях без жертв» любое преступление, причиняя
вред общественным отношениям, приводит к возникновению своей жертвы.
Но существует и другая, менее
распространенная точка зрения, согласно которой здесь нет жертв, и эта точка
зрения также заслуживает внимания. Независимо от того, примем мы или нет точку
зрения, согласно которой индивиды становятся в этих случаях жертвами (при этом
нам безразлично, как они сами оценивают такую ситуацию), остается фактом, что в
силу договорного характера, который носит их "преступление",
потерпевшего в обычном понимании здесь нет, то есть нет лица, возбуждающего
судебное преследование и дающего показания судебно-исполнительным органам.
Клиент обычно не подает в суд на проститутку, и наоборот; наркоман не
возбуждает уголовного дела против торговца-разносчика, снабжающего его
наркотиками; женщине нет никакого дела до гинеколога, который согласился
прервать ее беременность, и она не подаст на него в суд.
Именно отсутствие лица, подающего в суд, и делает
соответствующие статьи уголовного кодекса неприменимыми на практике, придавая
особый характер процессу отправления правосудия. Этот факт ставит судебные
власти в исключительно сложное, почти безвыходное положение, нередко заставляя
их прибегать к весьма суровым или этически (и юридически) сомнительным мерам
принуждения.
Высокая общественная опасность «преступлений без
жертв» состоит в том, что они, как правило, влекут вторичные проблемы, которые
оказываются наиболее сложными и носят нежелательный характер. Так, например,
вторичные последствия незаконного производства аборта выражаются в высокой
смертности абортируемых женщин, осложнений их состояния здоровья (бесплодие,
хроническую болезнь и т.д). По некоторым данным за год от абортов в стране
умирает около 260 женщин, почти полмиллиона приобретают осложнения, в том числе
бесплодие; 20% новорожденных у женщин, ранее делавших искусственное прерывание
беременности, имеют серьезные физические или психические отклонения.
2. Виктимологическая
характеристика отдельных видов преступлений без жертв
Виктимологическая ситуация, сложившаяся
в стране, без преувеличения может быть оценена как крайне напряженная,
диктующая необходимость создания системы мер, обеспечивающих личную и
имущественную безопасность граждан и юридических лиц. Решение этой, а точнее
многих связанных с этим задач, невозможно без глубокого исследования
детерминационных факторов и процессов виктимизации с позиции криминогенных
проявлений жертв преступлений. Именно это обстоятельство инициировало
виктимологические исследования отдельных видов преступлений без жертв.
Виктимологическому
анализу тех или иных преступлений сейчас стали придавать большое значение. Эти
проблемы рассматриваются в литературе в различных аспектах. Основоположник
отечественной виктимологии Л. В. Франк писал: «У каждого преступления есть
более широкие рамки, чем само деяние. Преступление есть лишь часть значительно
большего явления, куда входит, помимо причин, условий, формирования личности и
т.д., еще и потерпевший от преступления. Невозможно оторвать друг от друга
виновного и потерпевшего. Вокруг них «выстраиваются» все обстоятельства
преступления».
В авторском понимании в круг
«преступлений без жертв» следует включить:
а) преступления в сфере незаконного оборота
наркотических средств, психотропных веществ либо их аналогов;
б) незаконное производство аборта;
в) вовлечение в занятие проституцией, организация
занятия проституцией;
г)
преступления террористической и экстремистской направленности;
д) экологические преступления;
е)
преступления против мира и безопасности человечества;
В настоящей дипломной работе последняя группа
преступлений без жертв не рассматриваются, учитывая сложности при их познании и
неразработаннность данных проблем в виктимологии.
Рассмотрим подробнее
первые пять групп преступлений без жертв:
Преступления
в сфере незаконного оборота наркотических средств, психотропных веществ либо их
аналогов. На первый взгляд, в
преступлениях без жертв трудно найти потерпевшую сторону. В данном случае
конкретное лицо само решает для себя быть ему участником таких преступлений или
нет. Однако ни у кого не может вызывать сомнений криминальная опасность
наркобизнеса, распространения наркомании и наркотизма в обществе. Лица,
вовлеченные в незаконный оборот наркотиков, независимо от своей роли ставят в
себя в опасность причинения вреда здоровью - физическому и нравственному и
могут рассматриваться как потерпевшие. Подобные жертвы, как правило, завлекают
других лиц к потреблению продукции (товаров, услуг), реализация которых связана
с совершением преступлений без жертв. Субъекты наркопреступлений, причиняя вред
общесоциальным ценностям как охраняемому уголовным законом благу, одновременно
причиняют вред и себе, травмируя свое психическое здоровье, и потому
охватываются понятием «жертва преступления». Наркоман - иногда преступник и
жертва преступления в одном лице. Чаще, конечно, жертва.
Высокая
общественная опасность «преступлений без жертв» состоит в том, что они влекут
вторичные проблемы, которые оказываются наиболее сложными и носят нежелательный
характер. В частности наркомания и наркопреступность порождают шлейф других
социальных проблем: рост преступности в целом, коррупцию, инфекционные
заболевания, СПИД, проституцию и т.д. По
экспертным оценкам в нашей стране насчитывается около 6 миллионов лиц, имеющих
опыт употребления наркотиков. Около 1 млн. человек заражены СПИДом и более 1
млн. человек являются носителями гепатита «С». В Республике Дагестан на
сегодняшний день зарегистрировано около полутора тысяч ВИЧ-инфицированных
человек, из них 72% инфицированы шприцем. Также высоки показатели
заболеваемости наркоманией и смертности в результате потребления наркотических
средств, самоубийств наркозависимых лиц.
Интенсивная
криминализация населения в сфере наркопреступности Республики обусловливает
рост наркоманийной виктимизации среди молодежи, подростков и детей. Так, по
результатам проведенного нами социологического исследования более 98 %
респондентов из числа осужденных за незаконные действия с наркотическими
средствами, совершенными с целью их сбыта, указали, что склонили к употреблению
наркотиков от трех до семи человек каждый. При этом более 70 % таких деяний
происходило целенаправленно, с приглашением намеченных «жертв» на специально
оборудованные, с условиями, располагающими к употреблению наркотиков квартиры,
хозяева которых получали денежное вознаграждение за предоставление помещений.
Практически каждый четвертый из осужденных за те же действия, но без цели
сбыта, также не скрывал, что приобщил к потреблению наркотиков не менее
трех-четырех человек, угощая их приобретенными или изготовленными для
собственного потребления наркотическими средствами. По этому поводу
руководитель Управления Госнаркоконтроля России по РД Азизбек Черкесов
правильно высказался: «Мы должны проводить предупредительно-профилактические
мероприятия, чтобы еще здоровые люди не оказались в лапах наркомании».
Нередко
наркопотребители сами становятся жертвами преступных посягательств. Так, по
данным проведенного нами опроса в целом по республике Дагестан 27% молодых
людей, употребляющих наркосредства, становились жертвами преступлений.
Конкретизируя
жертв преступлений, связанных, наркотиками можно выделить четыре основные группы
жертв наркотизма. При этом жертвы данных преступлений могут быть дополнительно
дифференцированы в зависимости от нахождения либо не нахождения их или
преступника в состоянии наркотического опьянения.
1.
Первую группу составляют жертвы «наркоманийной» преступности, понесшие
материальный (имущественный) или моральный вред от преступлений, связанных;
-
с незаконным изготовлением, приобретением, хранением, перевозкой либо сбытом
наркотических средств (ст. 228);
-
с хищением либо вымогательством наркотических средств (ст. 229);
-
со склонением к потреблению наркотических средств (ст. 230);
-
с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих
наркотические вещества (ст. 231);
-
с организацией либо содержанием притонов для потребления наркотических средств
(ст. 232);
-
с незаконной выдачей либо подделкой рецептов или иных документов, дающих право
на получение наркотических средств (ст. 223).
2.
Вторую группу составляют жертвы преступлений, переплетающиеся с жертвами деяний
первой группы, а также являющиеся следствием добровольного употребления
наркотиков. К ним относятся:
-
жертвы заражения ВИЧ-инфекцией (ст. 122);
-
жертвы заражения венерической болезнью (ст. 121);
-
несовершеннолетние, вовлеченные в совершение антиобщественных действий (ст.
151).
3.
Третья группа жертв наркопреступности и наркотизма - это жертвы так называемых
сексуальных наркотических преступлений, которые достаточно широко
распространены.
4.
В четвертую группу жертв входят потерпевшие от общеуголовных насильственных и
корыстных, совершаемых в связи с наркотизмом.
структуре преступлений, совершаемых против наркопотребителей, доминируют
кражи и преступления против личности - разбой, хулиганство, побои,
изнасилование.
В особую группу следует выделить рикошетные жертвы наркопреступлений. Рикошетные жертвы
испытывают такие же страдания и проявляют такие же симптомы психологических
затруднений, как и первичные жертвы. Члены семьи жертв, родители, близкие
родственники наркопотребителей
описывают сходные психологические симптомы от непрямой виктимизации от
наркопреступлений так же, как и прямые жертвы.
Как
видно из изложенного виктимизация от наркомании и наркопреступности не имеет
границ, охватывает широкий круг жертв, в числе которых, прежде всего, молодёжь,
подростки и дети. Думается, это очень серьёзная проблема, которой должен быть
обеспокоен каждый здравомыслящий человек.
Жертвы
преступлений в виде незаконных производств аборта. Незаконное производство аборта – преступления, которые
в криминологии принято относить к «преступлениям без жертв». Такая точка зрения
мотивируется тем, что в судебно-следственной практике по делам об этих
преступлениях фигура потерпевшего не конкретизируется.
По
этому поводу американский криминолог Э. Шур пишет: «... здесь нет прямого и
явного (в обычном смысле слова) ущерба или вреда, наносимого одним человеком
другому. Напротив, преступное действие заключается в предоставлении одним лицом
другому чего-то страстно желаемого последним». Касаясь нелегального аборта, Э.
Шур отмечает, что до суда доходят лишь те дела, когда женщина умирает или
попадает в больницу по причине осложнений.
Высокая
общественная опасность «преступлений без жертв» состоит в том, что они, как
правило, влекут вторичные проблемы, которые оказываются наиболее сложными и
носят нежелательный характер. В частности вторичные последствия незаконного
производства аборта выражается в высокой смертности абортируемых женщин,
осложнений их состояния здоровья (бесплодие, хроническую болезнь и т.д). Так,
по некоторым данным за год от абортов в стране
умирает около 260 женщин, почти полмиллиона приобретают осложнения, в том числе
бесплодие; 20% новорожденных у женщин, ранее делавших искусственное прерывание
беременности, имеют серьезные физические или психические отклонения.
Жертвами незаконного
производства аборта в виктимологическом их значении, по нашему мнению,
являются:
1) беременная женщина,
изъявившая желание произвести аборт;
2) «рикошетные жертвы»,
опосредованно пострадавшие от незаконного провизодства аборта: муж, в случае
сокрытия от него факта производства аборта;
3) в известной степени
виктимологическим содержанием жертвы обладает умерщвленный «плод».
По исследованиям авторов лишь немногие
женщины, сделавшие аборт женщины серьезно сожалеют о своем решении прекратить
беременность, а многие (особенно те, кому посчастливилось попасть в руки
опытных хирургов) отзываются о врачах, производящих аборт, с уважением и
благодарностью. Правда, такие отзывы дают главным образом женщины с
относительно высоким социально-экономическим положением, но ведь именно эта
категория женщин и имеет возможность быстрее и сравнительно (безопаснее
пользоваться услугами врача, делающего аборты.
В условиях невозможности произвести
аборт законным путем экономический и социальный статус женщины еще более
осложняет ее положение при обращении к нелегальным методам. Женщины из низших
классов страдают не только от того, что не могут оплатить нелегальный, но квалифицированно
сделанный аборт, но и потому, что они, как правило, не знают, где произвести
такую операцию. Женщины, находящиеся в таком положении, вероятно, чаще, чем все
другие, решаются на самостоятельное изгнание плода, причем нередко такими
методами, которые могут оказаться исключительно опасными.
Еще более разнообразна категория жертв вовлечения в занятие проституцией и организации занятия
проституцией, к ним следует отнести:
·
лица, вовлеченные
в занятие гетеро- и гомосексуальной проституцией прямо или опосредованно
пострадавшие от преступления. Прямой вред им причиняется при совершении
вовлечения в занятие проституцией и организации занятия проституцией
посредством уничтожения или повреждения имущества или путем применения насилия,
либо угрозы его применения. При этом потерпевшей (потерпевшему) может быть
причинен моральный, физический и материальный вред. Нередко в отношении
проституток совершаются изнасилования. При этом насильники, первоначально
выступая чаще всего в роли клиента, рассчитывают на то, что проститутки, в
отношении которых были совершены изнасилования, не заявят об этом в органы
внутренних дел;
·
их близкие
родственники (родители, дети, супруги), которым опосредованно причиняется
значительный моральный вред (вторичные жертвы);
·
в числе «рикошетных
жертв» можно назвать клиентов (например, в случае заражения их венерической
болезнью, а также других лиц, вовлеченных в сферу проституции (сутенеры,
таксисты, швейцары и горничные в гостиницах, официанты ресторанов, и другие
лица, оказывающие проституткам услуги по поиску клиентов и имеющие от
проституции определенные дивиденды, должностные лица).
Торговля людьми, в особенности женщинами, в целях
сексуальной эксплуатации и принудительного труда представляет собой растущую
проблему уголовно-правового характера, с одной стороны, и нарушение прав
человека — с другой. Люди, попавшие в сети торговцев, оказываются в ситуации,
когда они подвергаются насилию и эксплуатации, в том числе принуждаются к
занятию проституцией, домашнему и сексуальному рабству, тяжелому труду и другим
формам принудительной работы и подчинения, что делает возможным применение к
ним угрозы физической расправы, изнасилования и побоев. В последние годы
понятие «незаконная перевозка женщин» стало устойчивым термином. Обычно называют
следующие ее элементы:
—
организация
незаконного перемещения женщин с их согласия или без него;
—
обман мигрирующих
женщин относительно цели перемещения;
—
физическое или
сексуальное давление на женщин с целью последующей торговли ими;
—
торговля
женщинами или продажа женщин для занятия проституцией, замужества и других форм
получения выгоды.
По данным правительства США, за 1997 г. в страну
ввозилось приблизительно 45—50 тыс. женщин, что составляет около 6—7% от
общемирового оборота. Большинство жертв — из Юго-Восточной Азии и Латинской
Америки. Имели место и несколько случаев, когда за границу вывозились
американки. Основными путями, по которым торговцы везут женщин в США, являются
международные аэропорты Нью-Йорка, Майами, Чикаго, Лос-Анджелеса и
Сан-Франциско. Подобно нелегальной миграции, торговля женщинами и детьми также
оказывает существенное влияние на создание системы поддержки криминальных
структур в США.
Торговцы женщинами и детьми почти так же, как и
торговцы наркотиками, осуществляют свою деятельность, нарушая суверенные
государственные границы. Они набирают свои жертвы в слаборазвитых странах, где
особенно велико влияние организованной преступности, а женщины находятся в
зависимом положении. Зачастую торговцы обманывают свои жертвы с помощью
рекламных объявлений и предложений работы в другой стране в качестве модели,
танцовщицы, официантки или горничной. Как только женщины оказываются за
границей, торговцы используют весь спектр принудительных мер воздействия для
продажи и порабощения несчастных. В других случаях преступники покупают девушек
у их родственников.
Наиболее опасный вред причиняется рикошетным жертвам
от преступлений против общественной безопасности (террористический акт,
организация незаконного вооруженного формирования, бандитизм, организация
преступного сообщества и т.д.).
При этом следует иметь в виду, что в
понятие «жертва терроризма» с позиции виктимологии и ранней профилактики входят
не только пострадавшие от непосредственно террористических актов, но и те
граждане, которые были тем или иным способом вовлечены в террористическую
деятельность.
Современные реалии таковы, что
практически любой гражданин в любой точке мира может стать жертвой терроризма,
а организовать такое преступление может уже любая личность, имеющая
определенные амбиции. Еще несколько лет назад подобные утверждения могли
показаться как минимум спорными, так как чаще всего жертвами терроризма
становились граждане определенных стран.
В условиях роста криминогенной ситуации
в сфере преступлений террористической и экстремистской направленности население
Республики Дагестан виктимизируется.
Отсюда ключевое место в процессе
виктимизации от преступлений террористической и экстремистской направленности
отводится в целом населению как социальной общности, проживающей на территории
их совершения.
По нашим данным, в Республике Дагестан,
начиная с 2000 г. были совершены более 100 террористических актов, жертвами
которых стали не только сотрудники правоохранительных органов, но и гражданское
население. Распространенность терроризма, его транснациональный характер
приводят к многочисленным жертвам, причиняют вред здоровью, имуществу людей,
наносят им огромный материальный и моральный урон. При этом необходимо
отметить, что материальный и моральный ущерб может быть причинен не только
террористическим актом, но и законными действиями правоохранительных органов,
например, при проведении контртеррористических операций.
Негативными последствиями этого
выступают страх перед возможным количеством жертв, перед невозможностью жить в
безопасности. В среднем по Дагестану каждый четвертый респондент опасается
погибнуть от рук преступников-террористов; каждый пятый респондент сообщил, что
его больше всего беспокоит вероятность стать жертвой заложничества, похищения,
оказаться среди "лесных братьев".
Страх перед преступностью может заставить население вести себя крайне
эгоистично в отношении своей безопасности и комфорта. Под влиянием толпы слухи
и воображение превалируют над реальной действительностью. Население становится
одновременно гомогенным и гетерогенным: одна часть может быть готова к борьбе,
другая же ведет себя предельно осторожно. Практика показывает, что агрессивно
настроенная часть населения в таких случаях становится средой формирования
экстремистских преступлений противоположной направленности.
Следующая разновидность жертв,
подверженных виктимизации от преступлений террористической и экстремисткой
направленности, проявляет себя на групповом уровне. К их числу мы относим лиц,
которые в силу выполняемой ими социальной роли (чиновники, работники спецслужб,
правоохранительных и судебных органов) подвергаются опасности или становятся
виктимами искомых преступлений.
В составе вышеназванной виктимной группы: работники правоохранительной и
судебной системы, чиновники государственного аппарата и лица, выполняющие
вспомогательные функции в органах государственной власти, правоохранительной и
судебной системе (водители, охрана и т.д.).
По данным официальной статистики, только
за первые шесть месяцев 2009 г. в Республике Дагестан погибли не менее 30 и
были ранены не менее 41 сотрудника правоохранительных органов и военнослужащих.
Погибли 12 мирных жителей, 11 - были ранены. Не менее 26 раз в регионе совершались
нападения, обстрелы и устраивались взрывы с целью покушения на жизнь
сотрудников милиции и других силовых ведомств.
В этих условиях актуальной задачей
становится работа по противодействию экстремизму и терроризму таким образом,
чтобы минимизировать, а по возможности и исключить потери среди сотрудников
милиции и других правоохранительных органов РД.
Третья категория жертв преступлений террористической и экстремистской
направленности весьма специфична и может быть терминологически обозначена как
"рикошетная" жертва.
Как известно, большинство экстремистских
организаций в России, равно как и в других странах, формируются преимущественно
из маргинальной молодежной среды. Механизму виктимизации жертв экстремизма
предшествует виктимизация широких слоев молодежи в результате воздействия
целого ряда социально-экономических и психолого-педагогических обстоятельств.
В связи с этим на уровне взаимодействия
процессов криминализации и виктимизации можно выделить особую группу
повышенного риска - молодежь в возрасте от 16 - 18 лет и старше, которая
становится объектом ваххабитской пропаганды и зомбируется ее идейными
вдохновителями.
Особую тревогу сегодня вызывает активное
включение женщин в террористическую деятельность. Поэтому необходимо
рассматривать проблемы инверсионности личности преступника-террориста как
жертвы и преступника одновременно. То есть в процессе ранней профилактики нужно
исследовать его как жертву и прилагать все усилия для вывода его из такого
состояния, в случае же неудачи (когда из жертвы подобный гражданин превращается
в преступника) подвергать его уголовному преследованию, памятуя при этом, что
если он все же совершит преступление, немалая доля вины ложится на
правоохранительные органы и на общество и государство в целом как не принявших
всех мер для предотвращения подобного. Разумеется, в основном речь идет о
непосредственных исполнителях террористических актов.
Под понятием «жертва терроризма»
подразумевать не только граждан, пострадавших от террористических актов, но и
тех граждан, которые были тем или иным способом завербованы организаторами
террористических групп, организаций, течений и т.д. В таком случае
предупреждение терроризма будет в первую очередь включать в себя профилактику
виктимизации потенциальных объектов вербовки террористов, ведь, как верно
замечено, «предупреждение может быть эффективным только тогда, когда оно носит
адресный характер».
д)Экологические преступления
При анализе виктимологических особенностей
экологических преступлений следует учитывать, что жертвы экологических
преступлений совершенно различны, а виктимоопасные ситуации, способствующие их
совершению, не имеют ничего общего. Жертвам экологических преступлений
в Республике Дагестан характерна специфическая
экологическая виктимность, обусловленная самим фактом проживания людей в таком
объекте ноосферы, который изначально предполагает повышенную степень
экологической угрозы их здоровью и жизни. Наличие локальных вооруженных конфликтов, в отдельных
республиках Южного региона, несет повышенную опасность вдля его экологического
благосостояния.
|
В контексте изучаемой группы преступлений ситуация
актуализируется в связи с тем, что объектом поражения становятся здоровье и
жизнь неопределенно большого круга людей. По определению Всемирной организации
здравоохранения, здоровье человека - это состояние полного физического,
духовно-психологического и социального благополучия, т.е. это гораздо больше,
чем отсутствие собственно физических болезней, недомогания. По данным
экспертов этой же организации и экспертных оценок российских ученых,
состояние здоровья населения зависит на 18-40% от состояния окружающей среды,
на 15-22% от генетических факторов, 50-52% от экономической обеспеченности,
на 20-50% от образа жизни людей, на 7-12% от деятельности служб
здравоохранения, уровня медицинского обслуживания. Установлены факторы
окружающей среды, оказывающие влияние на распространение болезней, -
загрязненный воздух, вода, почва и т.д. Существуют оценки экспертов, в
большой мере подчеркивающие связь показателей здоровья населения с окружающей
средой и степенью ее загрязнения. Имеет место еще одна особенность - жертва
экологического преступления может несколько лет не знать, что она стала
жертвой.
Сложности изучения виктимологического
аспекта экологических преступлений связаны со следующими факторами.
Экологические преступления в качестве основного объекта имеют собственно
окружающую среду в целом, а в качестве дополнительного объекта - жизнь и
здоровье людей. Таким образом, последствия в виде вреда здоровью или жизни
человека как бы отступают на второй план. Во-вторых, сама по себе
производственная и иная хозяйственная деятельность человека, являющаяся
основным загрязнителем окружающей среды, в том числе добыча или изъятие
природных ресурсов, преступной не является; она становится таковой в случае
причинения вреда окружающей среде или здоровью человека. Это обстоятельство
объясняет повышенную терпимость общества к экологическим преступлениям и
высочайшую их латентность. В-третьих, отсутствие потерпевших,
которые нередко сами не знают о том, что они стали жертвами преступления (при
технологических катастрофах, производственных авариях, деятельности
"привычных" вредных производств), препятствует возбуждению
уголовного дела и проведению расследования. |
|
4. Виктимологические аспекты профилактики
«преступлений без жертв»
В
последние годы наблюдается тенденция расширения использования в практике борьбы
с преступность факторов, заложенных в самой жертве преступления. Не
использовать резервы, заложенные в факторе «жертва преступления» - значит вести
борьбу с преступностью однобоко, полумерами.
Система виктимологической профилактики в странах
Запада слагается из элементов, которые можно объединить в три группы: 1)
нейтрализация объективных условий виктимизации личности или социальной группы:
2) разъяснительная работа среди отдельных категорий населения, виктимологическая
пропаганда; 3) оказание помощи жертвам, включая систему государственных
компенсаций и возмещения ущерба.
1.
Общая
виктимологическая профилактика – это система мер, направленных на выявление и
устранение основных детерминантов преступности, если они связаны с личностью
потерпевшего. Данная профилактика включает разработку государственных целевых
программ, направленных на социальную поддержку малообеспеченных, многодетных
семей, учащейся молодежи, оздоровление семьи и быта и т.д.
В целом разнообразные общепрофилактические
меры могут быть сведены к двум основным блокам:
а) активизация защитных возможностей,
обучение, воспитание – сюда относятся правовая пропаганда, профессиональное
обучение лиц «опасных» профессий, обучение с целью выработки необходимой
предусмотрительности, критичности (все это – применительно к группам, а не
отдельным лицам), снабжение, в отдельных случаях, оружием и специальными
средствами защиты и т. д.;
б) обеспечение безопасности «извне»:
соответствующая организация работы патрульно-постовой службы милиции, установка
охранной сигнализации в квартирах, меры по благоустройству территории
(например, освещение) и др.
2. Виктимологическая профилактика на
специальном уровне направлена на выявление повышенно виктимных социальных групп,
сфер деятельности и объектов. Среди наиболее типичных мер специальной
виктимологической профилактики следует назвать проведение разъяснительной
работы в среде потенциальных жертв о соблюдении необходимых мер безопасности.
Как показывает практика, именно пренебрежение элементарными нормами
безопасности со стороны граждан: болтливость, неразборчивость в связях,
излишняя доверчивость, беспечность и т. д. – резко увеличивают вероятность
посягательства на них. Важным резервом усиления психической устойчивости,
уверенности в себе для многих граждан является кардинальное улучшение правовой
осведомленности, грамотности широких слоев населения.
3.
Индивидуальная виктимологическая профилактика, которая сводится к
предупреждению виктимного, «самоопасного» поведения жертвы (реальной и
потенциальной) преступления и направлена на устранение или нейтрализацию
виктимогенных факторов, повышение охранно-защитных возможностей жертв.
Применительно
к преступлениям без жертв особый акцент необходимо сделать на неотложную виктимологическую
профилактику, которая включает предотвращение конкретных замышляемых и
подготавливаемых преступлений. Указанная профилактика осуществляется с
использованием возможностей оперативно-розыскной деятельности органов
внутренних дел.
Так, например, предупреждение терроризма
будет в первую очередь включать в себя профилактику виктимизации потенциальных
объектов вербовки террористов, ведь, как верно замечено, «предупреждение может
быть эффективным только тогда, когда оно носит адресный характер»5.
Достижение подобной цели возможно различными путями, в том числе и устранением
социально-экономических предпосылок, являющихся основной причиной возникновения
ситуации, в которой один человек становится жертвой, а другой - преступником.
Круг
субъектов, призванных осуществлять виктимологическую профилактику «преступлений
без жертв» весьма широк. К ним относятся: органы государственной власти и
местного самоуправления; органы внутренних дел, прокуратура, суд;
социально-педагогические, медицинские учреждения; общественные объединения и
организации; семья, как основной первоисточник формирования личности человека.
Самостоятельным
направлением виктимологической борьбы с преступлениями без жертв, пожалуй,
является виктимологическое просвещение населения.
Разумеется, защитить себя на 100%
процентов ни одна жертва не в состоянии, однако при умелом использовании знаний
о методах и способах совершения «преступлений без жертв», может повысить
защищенность людей. Разумеется, использование тех или иных конкретных мер
виктимологической профилактики зависит от особенностей места, времени, способа
возможного преступления, способности потенциальной жертвы оказать противодействие,
наличия у соответствующих органов и должностных лиц достаточных сил и средств
для оказания помощи жертвам и т. д.
Конечной
целью виктимологического просвещения является повышения виктимологической
культуры населения. Так, в частности, виктимологического противодействия распространению наркомании и
наркопреступности требует активизации
защитных возможностей, заложенных в факторе «жертва преступления». Назрела необходимость
привлечь население, средства массовой информации, общественные формирования,
религиозные организации, благотворительные и иные фонды к созданию атмосферы
неприятия наркомании. От населения следует добиваться понимания того, что
наркомания - это проблема всего общества, а не только правоохранительных
органов и органов здравоохранения. В учебных заведениях необходимо организовать
систематическое проведение занятий по правовой и антинаркотической пропаганде,
обеспечить внедрение методических рекомендаций по организации профилактики
наркомании для специалистов, работающих с молодежью и несовершеннолетними.
Основными
направлениями виктимологического просвещения являются:
-
информирование населения в качестве советов, указаний и рекомендаций по
снижению виктимности, на основе существующих данных статистики и мониторинга
территории;
-увеличение
наглядной агитации;
-
проведение семинаров с привлечением юристов, педагогов, психологов и т.д.;
-
освещение информации о раскрытых уголовных делах, видах и сроках наказания;
-
активизация данного вида деятельности в школах, лицеях, профессиональных
училищах, с привлечением специалистов.
Помимо
указанной работы следовало бы также создать специализированное подразделение в
структуре МВД, деятельность которого полностью сводилась бы к изучению, анализу
и выработке рекомендаций и методик виктимологического характера.
Представляется
небезосновательным ввести в практических подразделениях должности
специалистов-виктимологов.
Широкое
виктимологическое просвещение требует участия многих организаций и лиц:
заказчиков, творческих работников, издателей, распространителей и др. Думается,
что организующим центром должны стать органы внутренних дел (милиция),
выполняющие основной объем работы по предупреждению преступлений.
Что
касается материально-технического, финансового обеспечения работы по
виктимологическому просвещению, то в нем могли бы принять посильное участие на
началах социального партнерства представители бизнес-сообщества, частные
предприниматели, которых следовало бы соответствующим образом стимулировать, в
том числе предоставлением разумных экономических (налоговых) преференций.
Весомый
вклад в виктимологическое противодействие вносят мероприятия против
распространения наркомании, примеры, организации которых уже имеются. Так, в
г.г. Махачкале, Дербенте, Каспийске под лозунгом «Молодежь Дагестана - против
наркотиков» прошли многотысячные акции с участием студентов, школьников,
учащихся образовательных учреждений, представителей мэрии, общественных
организаций, медицинских работников, православных священнослужителей и лидеров
других конфессий.
В
целях широкого освещения проблемы наркомании и наркопреступности и обращению
внимания родителей на сложившуюся криминогенную обстановку в этой сфере,
особенно среди несовершеннолетних значимым виктимологическим потенциалом
обладают выступления сотрудников правоохранительных органов на телевидении,
использование возможностей наглядной агитации, например разработка
широкоформатных, цветных листовок и буклетов на тему «Чтобы Ваш ребенок не стал
жертвой или участником наркопреступления».
Между тем, отдельные исследователи пишут, что пассивные методы
виктимологической профилактики в виде памяток, плакатов, лекций и т. п не всегда эффективны, особенно когда это
касается школьников и подростков. Школьники, как правило, либо вообще не читают
памяток, либо не вдумываются в их содержание.
В этой связи необходимо шире использовать
активные методы виктимологической защиты населения. Это, в первую очередь,
различные тренинги и учения. Не случайно экс-президент Российской Федерации
Д.А. Медведев, выступая 21 февраля 2011 г. на расширенной коллегии глав силовых
ведомств, посвященной борьбе с коррупцией, отметил, что лучший способ
профилактики терроризма - это учения. С этим трудно не согласиться. На важность
использования социально-психологических тренингов в работе по девиктимизации
жертв преступлений указывали Т.В. Варчук, К.В. Вишневецкий.
Следует
также создать в высших и средних
специальных учебных заведениях студенческие отряды содействия полиции по
охране общественного порядка и отряды содействия полиции в школе.
В виктимологической профилактике на
бытовом, каждодневном уровне можно выделить следующие основные направления:
– проверка обеспечения безопасности объектов, наличие надежных современных
дверных замков, охранной сигнализации, домофонов;
– проведение сотрудниками органов внутренних дел совместно с общественностью
рейдов, засад и заслонов в местах возможного нахождения преступников;
– изготовление и распространение
специальных памяток – предостережений о том, как не стать жертвой преступников;
– извещение граждан с помощью средств массовой информации о фактах совершения
преступлений на данной территории, типичных действиях преступников и о том, как
следует поступить жертве в конкретной криминальной ситуации;
– проведение профилактических бесед с
людьми, чье социальное, имущественное положение или профессиональная
деятельность вызывают повышенный интерес со стороны преступников;
– инструктаж, обучение потенциальных
жертв вымогателей правилам личной безопасности, особенно в случаях повышенной
опасности для них;
– обучение в необходимых случаях
возможных жертв приемам самообороны, предоставление средств индивидуальной
защиты (аэрозольные защитные средства, бронежилеты и др.);
– определение способов немедленной экстренной связи потерпевшего с
правоохранительными органами в случае преступного посягательства на него;
– контроль за поведением и безопасностью
потенциальной жертвы (регулярное посещение места жительства работниками
милиции, внештатными сотрудниками, представителями общественности);
– установление шефства над возможными жертвами вымогателей, в том числе с
помощью родственников, соседей, знакомых и, конечно, сотрудников
правоохранительных органов.
Для виктимологического направления
предупредительного воздействия на терроризм наиболее важными теоретическими и
прикладными задачами на ближайшую перспективу являются:
а) выработка адекватных и, одновременно,
достаточных общесоциальных и специальных мер и механизмов, направленных на
минимизацию вредных социальных последствий от террористической деятельности;
б) разработка и законодательное
закрепление правовых основ предоставления и оказания достаточной и достойной социальной
и иной помощи жертвам терроризма, а так же виктимологической реабилитации жертв
терроризма;
в) исследование и постепенное внедрение
в отечественную социальную практику механизмов виктимологической реабилитации
жертв терроризма на иные категории жертв криминального насилия, в первую
очередь криминального экстремизма.
Как показал опыт зарубежных стран
пропаганда виктимологических знаний всегда составляет одно из центральных
звеньев системы социальной виктимологической профилактики. Эта пропаганда может
охватывать как все слои общества (скажем при использовании современных
технологий социальной рекламы), так и быть обращенной к отдельному индивиду в
ходе индивидуальной профилактической работы. Именно здесь наиболее эффективной
является дифференциация профилактической деятельности с учетом характера и
степени виктимизации социальных страт, с учетом вида преступлений, в отношении
которых представители данной страты являются наиболее уязвимыми, а также с
учетом выбора оптимального канала восприятия, который может быть различен для
различных страт. Субъектами виктимологической пропаганды являются как
общественные объединения, так и государственные структуры, прежде всего —
правоохранительные органы.
Реализация вышеназванных задач требует
анализа сложных и интересных теоретических вопросов, относящихся к её предмету
виктимологии терроризма. Во-первых, необходимо определиться с методологией и
методикой познания жертв терроризма, произвести их типологию и классификацию.
Во-вторых, нужно начать классифицировать, учитывать и систематизировать
основные виктимогенные факторы современного терроризма. В-третьих, обратиться к
зарубежному опыту познания жертв терроризма и механизмов оказания им мер
социальной защиты и виктимологической реабилитации. В-четвертых, обобщить
судебную и иную социальную практику по реализации правовых основ оказания
социальной и иной помощи и поддержки жертвам терроризма, тем более что такая
разнородная практика уже существует и обсуждается.
В частности, экстремисты пополняют свои ряды молодыми
дагестанцами, используют различные проблемы социально-экономического порядка:
материальные тяготы; недостаток внимания власти и общественных организаций к
проблемам молодежи; криминализация молодежной среды; отсутствие организованного
досуга; агитационная работа самих организаций экстремистского толка;
неблагополучный психологический климат в семье; понижение общего уровня
культуры; негативное влияние печатных и электронных СМИ; просчеты власти в
антиэкстремистской деятельности, отсутствие или слабость государственной
идеологии; недостаток освещения в СМИ проблемы экстремизма как реальной угрозы
для общества; разрушение моральных и духовных устоев и традиций; отсутствие
устоявшегося гражданского общества и прозрачной ротации элит (невозможность для
молодежи стать элитой, кроме как экстремистским путем), неконтролируемая
миграция из сельской местности в город и отсутствие адаптационных механизмов в
этой сфере.
Процесс радикализации молодежи
подпитывается и быстрыми социальными изменениями. Среди сторонников исламского
радикализма есть и хорошо образованные люди, утратившие свои корни, которые
хотят влиться в новое международное сообщество, объединяющее активных и
целеустремленных людей, готовых пожертвовать своими жизнями ради определенных
идеалов. Другое дело, что понимается под идеалами. Это вопрос мировоззрения,
устойчивости сознания человека и его умения противостоять опасным идеям,
различать суть этих идей за обманчивостью внешних постулатов. Но этот вопрос
остается вне внимания общества и научной, педагогической общественности.
В этих условиях назрела необходимость
всеми силами органов власти, общественных институтов активизировать
разъяснительную работу, особенно с молодежью, об опасности идеологии
экстремизма. Каждый молодой человек, потенциально склонный к экстремизму,
силовому решению тех или иных вопросов, которые возникают у него в силу
различных жизненных обстоятельств, должен быть в центре нашего внимания. Усилия
общества должны быть направлены на то, чтобы воздействовать на сознание таких
людей, склонить их к отказу от насильственных способов решения вопросов,
направить их устремления в правовое русло.
Огромную помощь в этом могут оказать и
сами религиозные организации, представители духовенства. На базе Дагестанского
университета более 10 лет действует "Центр исламских исследований
Северного Кавказа". Несмотря на то, что Центр функционирует на общественных
началах, им проделана большая теоретическая и практическая работа по борьбе с
экстремистскими силами, внедряющими свою идеологию в общественное сознание,
особенно молодежи.
Таким образом, профилактика виктимизации
молодежи от вовлечения их в экстремистскую деятельность должна включать
комплекс мер: создание мест в вузах для талантливой молодежи; разработку
долгосрочной программы в сфере молодежной политики; усиление роли
патриотического воспитания среди молодежи; использование родовых связей для
воздействия на радикально настроенную молодежь; возвращение былого авторитета
слова старших; профилактику терроризма, которой должны заняться также и
институты гражданского общества, правоохранительные органы борются с
конкретными проявлениями терроризма, а гражданское общество должно
предотвращать его появление и распространение.
Комментарии
Отправить комментарий